«О тверских кладах куфических…» (вариант от 190723).

Автор извиняется перед читателем ввиду невозможности удаления предшествующих версий черновика статьи -просто экономит время! Видите ли, чем ближе к концу, тем более вероятнее риск потерять работу. Приходиться страховаться.

О ТВЕРСКИХ КЛАДАХ КУФИЕЧКИХ МОНЕТ 9-10 ВВ.

Н.а. Хан. (Москва).

ORCID 0000-0003-2663-4733.Resourses

        OEEH. P. 513 L Civil.

==-== p./514 r. & prtiod 1450-1530 new imp. “marjed an ompotant turning point.”

-=— p.502, tabl.1. насление Мексики с 1600 по 1800 гг.ув.в 6 раз, тогда как ВВП на удушу оставалось неизменным  по $755, что означает.

==-===358l.finly.

Для перевода даты из Хиджры в григорианский (милади), ныне действующий солнечный календарь, есть формула, по которой дата по Хиджре умножается на 0,97 и к полученному числу прибавляется 621,6 – так и получается год по милади. Пример:

1422 x 0,97 = 1379,4 + 621,6 = 2001.

Для обратного перевода из милади в Хиджру от даты по милади отнимается 621,54, к результату добавляется частное от деления этого числа на 32,5.

islamdag.ru

Один из самых интересных периодов распространения арабской монеты в Европы был период, когда из Сирии, Ирака и Ирана чеканка Халифата переместилась в Маверенахр. Саманидский чекан представлен в основном Самаркандом и аш-Шашем (Тункентом) соврТ., где с конца 9 в и, пожалуй, весь 10й век ресурсной базой служили серебряные рудники близлежащих гор (буряков Люедев). Сложившийся  перед этим первый серебряный кризис (нун) поставил  молодое древнерусское государство в сложное экономическое положение. Когда правившее более чем за столетнее обеспечение серебром ,это первый серебрёный кризис обесценил торговлю и подставил под сомнение выплату варежкой дани, хотя и способствовал усилению военной мощи Киевской Руси когда Игорь и его жена\вдова Ольга окняживали соседние территории, бросили вызов Хазарии (P.56-59)The Cambridge history of Russia. Vol.1. // HTTPs: www. Cambridge.org/core/services/aop- Cambridge/content/wiew/2008/On-line/origins_of_rus/pdf.

          Выдвинувший гипотезу первого Сер.кр. томас нунуа, и последовавшие вслед за ним Франклин и Шепард утверждали об отсутствии монет 860-890 г.Р.Х. в Европе, кладов, что вообщем-то справедливо.

       Первый серебряный кризис, начавшийся в 850х гг. в связи, с чем весьма важна находка смой позднейшей монеты данного периода, так сказать TPQ первого серебряного кризиса. Таковая представлена МД Арминия. 267\880-881. (А.А. Гомзин, П.Г. Гайдуков. Материалы к топографии находок куфических монет в Западном Приильменье \\ Мир Средневековья. Познавая прошлое: к 70-летию отдела средневековой археологии: [сборник статей]. М., 2021. С.17. № 15. Ал-Мутамид. Арминия. 267\880-881). Монета из Армении, найденная в Соледецком районе – факт занятный. Он объясняется полным отсутствием, что вычислил А.В.Фомин, таковых в Закавказских  кладах в период 850-880-х гг Р.Х., тогда как в депозитах русской равнины они встречаются на уровнях от 0,7 до 1,2 %.  (См.: Фомин А.В., Гайдуков П.Г. Монетные находки Изборска // КСИА, Вып.185. 1986, с.110. Прилож.№ 3. В этой связи, выделение Фоминым монеты Самаркандского эмиссионного центра из многочисленных иных являются примечательным виду того, что с 850-х гг монеты этого МД заместили закавказские Аримении и Аррана. А это уже – финансовая политика официального Багдада – перенести начало серебряного потока с Кавказа- Багдада на Ц\Азию. Одновременно, здесь же на восточнославянской земле монеты Самарканда составляли до 9.7% оборота. Очевидно, что они чеканены не из местного сырья, что предполагает выявление значительного спектрального состава, а также проб монет о котором, как методе, нумизматические управленцы попросту упустили из виду. На чем основаны подобные предположения ? Выше мы ссылались на работу  известного советского археолога Е.Н.Черных об изучении химического состава вещей Бессарасбкого клада. В этом памятнике — кладе серебряных вещей – оружия сеймсино-турибнского времени 21-16 вв. до.н.э., изучавшегося в свое время О.А. Кривцоыой –Граковой, из 5 предметов, подчеркнём серебряных один, наконечник копья с вильчатым стержнем имеет химический состав серебряного сплава аналогичный составу ножа из турбинского могильника с реки Чусовой Пермского края. В обоих уникумах, важно заметить, присутствует сурьма. (Черных c.271, табл.1). Наши историографические находки показывают, что сурьма (Sb) – есть индикатор китайского происхождения серебра –современное дополнение, которое, вместе с тем, не мешает мнению Черных об импорте данного наконечника копья из глубин сеймино-турибинского мира. [1]

          Приведенный пример «из далекого прошлого» не является самоцелью, — следуя за Дж.Майлсом //, Н.М.Ловик // нашел, в частности, что саманидские дирхемы из кладов Ирана,  выпушенные в Самарканде и аш-Шаше вместе с афганскими монетами имеют разную пробу (1990, p.121), а большинство самаркандских – 92,5%. В своё время Е.А. Давидович (с.106, 117-118) определила пробы монет этого времени, не разделяя пробы чекана серебряных дирхемов Шаша и Самарканда. Исследовательница показала, что монеты родины-эмитента, выпускались с шагом 25 промилле, т.е. 1000, 975, 950, 925, 900º, отдавая отчёт об отсутствии по линии Самарканд – Бухара — Шаш единого денежного рынка. Она получила реульзтат 92,5% содержания серебра в монетах. В Европе же – Киеве, Кракове, Новгороде, Булгаре, Готланде, Ютландии, Хедебю – проба на миллионных поставках — макроэкономический показатель. Однако и в Киеве суверенная эмиссии, согласно М.П. Сотниковой, начавшаяся на основе привозной монеты, также была двух форматной. (Моисеенко Н.С., Сотникова М.П. 2015).[2] И это не было импортным технологическим нововведением. По данным В.в.Кропоткина римские монеты, распространённые в Поднепровье задолго до восточной монеты также часто имели двухформатную весовую норму, что на основе  данных гигантского (5444 монет) безымянного клада из Гос.Эрмитажа 192-251 г.Р.Х., происходящий скорее всего из Поднепровья подтвердил Янин (2009, с.223, рис.54). Монетчики извлекали на этой операции определенный весьма нешуточный доход, исчисляемый по формуле:

          В эпоху полного господства наличного денежное обращения вкладчики несли в банки любые в том числе и потрепанные ветхие купюры, характеризующие состав того или депозита, благоссостяние того или иного клиента КО. но в нумизматике Янин в свилей кандидатской диссертации предлагая при анализе состава кладов отсевать старшие отсталые монеты, часто с плохо сохранившейся легендой.

          Однако т.н. «старшие» монеты пальцевоского клада 1923 г. несут в себе значительный информационный потенциал. Они есть Мадинат ас-Салам 263876 гг.и Армииния 273/887 гг. Нетрудно предположить, что и сделал наверняка, догадливый читатель, депозит в Пальцево стал формироваться на основе непрерывных связей с печенегами Хазарии третье четверти 9 в.Да и Багдад прилагал весьма значительные усилия по поддержанию торгово-экономических связей со степным Предкавказьем несмотря на дефицит серебра. Сделанное наблюдение, состоявшее в том, что новгородский клад, опубликованный Р.Р. Фасмером, ознаменовавшей в регионе начало рассматриваемого кризиса, открытого Нунаном, имел кроющие монеты не с Кавказа – той же Арминии, но Мерва, что в прямом и переносном смысле – «по другую сторону Атлантики»!

В связи с чем весьма познавательно важно выявить поступление восточных монет в течение данного  первого серебряного кризиса.

          Армининская монета 267 г.х. примечательна не только своими TPQ-data, но и тем, что позволит, провести статистические измерения иного рода, когда таковая же как по дате, так и по МД найдена в Англии (Cuerdale pl. Lankashir). (Пахомов Е.А. Монетные клады Азербайджана и Закавказья. Т.\Вып.1. Баку: Об-во обслед.и изучения Азербайджана. Вып.3. 1926, с.28. № 299). И это опять викинги !

          «… за ними /викингами – Н.Х./ следует признать динамичность и энергию… конечно, это создало им престиж, о котором любят говорить хронисты. Тем не менее, страхи не были свойственны наблюдателям, видевшим викингов на востоке, а все наводит на мысль, что и на Западе последние вели себя точно также», со ссылкой на Гвина Джонса,  пишет Реже Буайе». (с.227).

          Н.А. Макаров (Русь в 9-14 веках. Взаимодействие Севера и Юга. М.: Наука,.2005. 326 с.Сб, посвящен Б.А. Рыбакову, с.6) признает необходимость культорогического подхода в изучении – сепарации Новг-как сев. Терр.и Среднего Поднепровья, как ю.терр. как выделение  процессов дивергенции и конвергенции.

          Если привести здесь также клад, происходящий и Зап.Белоруссии, найденный в д.Чапле-Обремилки в 1869 г. с хронологией чеканки 132-257/749-871 гг. (М., с.45.№ 255), то, представляется, что верхнеднепровское направление было преобладающим. Обратим внимание на выпавший из этого потока 16-монетный клад, который найден в Тверской губ.близ г. Старцы в с.Семенов-городок 1870 г.  с TPQ чекан Балха 195/810 г. (М., с.46. № 263). главным перекрёстком, регулирующим это поток, был водораздел Волги, Днепра – З.Двины и Ловати (Носов).

Открыв богатейшее месторождение серебря в близлежащих горах Карамахара, среднеазиаты пошли на наполнение рынка Европы своей монетой, причём, серебро отпускалось с наибольшей  даже по современным меркам добавленной стоимостью, когда слитки вывозить просто напорото запрещалось (дпвидворчи). Однако Саманиды (875–999) были далеко не альтруистами в области политики, продвигая монеты в основном самаркандского чекана в Хорасан, Иран, Закавказье они расширяли политическое свое влияние в данном региона, прикрываясь знамением багдадского халифа. Из малоизвестных работ Пахомова видно, что чекан Арминия производился и после рубежа 9-10 веков Р.Х.(Пахомов Е.А. Монеты Азербайджана. Вып. 2. Баку Изд-во АН АзербССР, 1963, с.150-151). Но, разумеется, основная познавательная задача состоит в изучении распространения шашской эмиссии. В.Я. Янин описывая распространение куфической монеты  в Европе, при рассмотрении династийного состава констатировал «неповторимость сочетания династийного состава кладов». Дело в том, что нумизмат не хотел и не пытался рядиться в тогу востоковеда, тогда, консультации, проведенные  с представителями этой науки показали несомненную научную пользу изучения данного типа распределения (Хан,2004,с.82-84). Однако олее похднрие исследования контента кладов, особенно, проихсодящих с территории родины-эмитента, осуществленных британским нумихматом Н.М. Ловиком (р.111), по иной методике, когда на милимитровку былили положены дирхемы ,выпущенные абаасидами и тут же – Саманидаими, то выяснилось что немеделнно и  однозначной корреляции графики, помимо  общемго кличества выпыщенных монет не онаруживается. Чисто нумизматичси гафик Ловика дмонстрирует важный момент,когда эмиссонный импульс как Абассидоов совместно с Саманидами заставил тут отклкнуь в кладообразованием исламской монеты на землях восточных слвян, в частности вятичей. «Печатние» дирхемов – не саманидски, а еще аббасидких вытолкнуло в Европу  маверанарские монеты, насытивы  денежной обращение Халифата пока еще монетами старой консервативной династии. Это датируется 290 г.х., (905 г.Р.Х.) , в то время как Дубровический клад на Рязанской земле имеет дату TPQ 296/909 (Гомзин, 2003, с.170-171; Хан, 2009. С.299-309. Отсюда видно, что массовый потребителем был Киев, которым и первым среагировал на приток новых денег.

Однако, коль скоро главным посредническим и распредительным центом в логичстике того времени был Булгар или в нашем случае пусть даже Итиль,, по логике существующей ныне в нумимахматике — топографии распространения куфиеских монет –чем ближе к страту, тем келад должен наиболее ранний. Как мы покажем вкупе с нижеслующе случае подобного не происходит! Вметое с тем, если придерживаться импульсной точки хрения, высказнной Ав.фоминым, то – чем сильней стартовый импульс, то тем дальше. А следоватльено и более ранний след оставляет дирхем, как это случилось с киевскими кладами, т.е. с торговый точки зр.импульс транскосиании пробил все посреднические преграды и препоны и дотисг не только Киева.

Одновременно, такая же топография кладов, т.е. имеющая обратный географический срез, существует и выделана Яниным для распространения дирхема последнего тридцатилетия 9 в. (2009,с.109) /См. ниже рис./. Сейчас не стоит заострять внимания на том, что организаторы историка-нумимазата  допустили «зевок», а нам же гораздо целесообразней выделить  экономическую составляющую процесса, состоящую в том, что транзит серебра через ту или иную зону, — яр.пов. в начале 9 в., Даугаву (Зап.Двину)  и упоминавшийся здесь Киев — осуществлялся в форме монетного потока, логистически представленного оптовыми поставками серебра, затаренного в мешко-тару, не позволял выхватить из оного хоть какую-то толику монет.

Понятие «МП» и торговый путь отличается друг друга –экзистенционально. Известный востоковед из СПб О.Г. Боогьшаков пишет, что до начала 11 в.путь по оке между Киевым и Булгаром не существововал, ввиду того, что вятические леса были непроходимыми. Мне это поддерживалось в свое время А.А. Шахматовым, которому клады арабской монеты 9-10 вв. (Большаков, с.640)- здесь находили издавна — были известны Имп.археологчиеской комиссии. На самом деле из Киева в Булгар существовало уж 2 пути и, естественно, выяснять по которому из них прошли первые посткрихисные трансоксианские дирэемы мы не станем.

По мере поступления серебря в Киев, ставшему конечным потребителес, призошло насыщение женеэного рынка, а вненепоитическая оютмсновка, наверное, не похзвоялла транхитровать его дальше, как тэ случалось в 9 в. В связи с чем, при насыщении саманидским серебром из потока стали выпадать «мелочи» -депозиты Лужки 1973 г., тот жен Дубровичи 1928 г. и др.

Следовательно, можно утверждать. Что поток шашских монет именно в Киеве смешивался с таковым же самаркандским, поступавшего через Саркел –Белую Вежу (Я, 2009, с.138, рис.24,1. № 12). Данное наблюдение аргументируется неболшим кладом из Черниговской губ. Из Сосницколгшол уезда, надйенного в имении г.Лишина без определнной дпатой наэодки, (М1910,с.52. № 298), где шашских монет в диапазоне 282-291 г.х. больше «конкурентов» саманкандских ровно в шесть раз. Данное замечание позволяет в предположительном плане изучить рынок волжской Болгарии данного времени.

Как видно 9/10 суммарного денежного наполнения депозитов ВЕ, как писал Янин. Составляли саманисдкое серебро, монеты которое вообще же не нуждалась в изучении династийного состава, что до второго серебряного кризиса, проанализированного Яниным, предвещало им спокойную жизнь – монеты в Европы были только их рук рвали ! И это накладывало свой, увы ! негативный отпечаток уже сегодня — на публикацию кладов данного периода времени нумизматами, когда клады описывались, что навоется «скопом». На самом деле, как показывают наши исследования, которые опубликованы, правда, скромным тиражи, Саманиды в основном чеканили монету в двух монетных дворах: Аш-Шаш и Самарканд, затем в Бухаре, а в кладах примешивались монеты из Афганистана \\ что связано с внутренним денежным обращением собственно Маверанахра (земля за рекой – араюбск). В результате сложилась, клады, выпавшие в полувековом периоде 10 в. имеют в своем составе монеты аш- шаша и Самарканда, как определяющие денежное обращение Европы.

Рис.1 на с.42).

          Вмете с тем, изучение династийного состава кладов, выпавших на среднеей волге покало разные пути потупления серебра , когда вувейхидские (Буидские) и саманидские монеты были выпущены географиески разными монетными дворами (Хан, диалг), что позволит высянить в удущем степень заивимости от разных истоников поступления монет. При этом вазным как и говрилось нами ранее  важно изучение денежного обращения в собственно Халифата или ранних пунктах его арспростарнения. Тем интереснсым представляетсЯ клада, опубликованный Н.М.Ловиком, который используется в данной работе, где  монета TPQ ante является дирхем Аррана. Другой клад вообще,как говорится из ряда вон выходлий, т.е.в силу не способности советскойисториографии принять его с вотосковедных позицийи, остался втуне научного поиска. А он сущетсвенно менят на отсувующие представления о  причинах массового «вброса» саманидских, шашских прежде всего монет в Европу речь идет о кладе из древней Кликии, известной еще грекам до Македоного поры, что на территории юго-восточной Турции, сев.Сирии и Скывкпр-Врсирчернр Мпака Ирака где присутствуют монеты исключительно местных монетных дворов А) неизвестных в Европе и Б). где полностью отсутствуют монеты Мавернахра,(Welin, 1961, p.I-V, 34-36) тогда как в кладе, найденном близ совр.Тегерана представлены как самарнкаднские монеты, так дирхемы аш-Шаша (Lowick).  Таким образом, мы видим две денежные провинции и востоковедом придется выяснить куда и как в это время направлялись финансовые потоки, т.е. как функционировав платежная система, хотя, очевидно, дефицит серебра на ср.востоке существовал и официальный Багдад перенаправил напор монетного серебра из Трансоксиании.

          наблюдения Эмпирического свойства над составом депозитов, выпавших в Закавказья, показывают, что  саманидский чекан 280-х гг.х. здесь отсутствует, а первые, ее эмиссии прошли транзитом через Иран, поступая сюда самаркандской монетой, начиная с 305/917 г.Они  практически здесь не задерживаясь, о чем свидетельствуют хронолого-эмиссионные  раскладки азербайджанских кладов Банбаши 1948 г. и Яз-Кираги 1958 г. Но массовый наплыв «смаркандца» пошел с чекана 313/924–925 гг. Данный факт, сочетает в себе, Как писл синергию экономики политики, когда халифская власть региона совершить перебалансировку потоков,  привлекая на свои денежные рынки, и наполняя платежную систему самарндской монетой –монетой отобранной из внутреннего денежного обращения столицы Саманидов, а лишь затем отправляли ее на север.(Хан, 2004. с.34).

          Наступила эпоха денежного исламского протекционизма, и только за ним случился серебряный кризис, описанный Яниным в кандидатской диссертации.

      Однако, еще одно обстоятельство вытекает из данных замечаний – шашских дирхем Багдаду практически не подчинялся.

Древнеалбанские депозиты с датой TPQ 342/953–4 гг.практически синхронны депозиту из Sayf ad-Dawlsh, разработанному шведской нумизматикой U.S.Linder-Welin. где хронологический  диапазон 331-358/968 гг., демонстрирует местное денежное обращение, не участвующее в «багдадских играх», но отражающее одну из отдельных денежных провинции распадающегося Халифата.

        Но для нас важно предположить, что на первый взгляд Маверанахр откупался от Багдада , посылая в Иран, а м.б. в казну халифа самаркандский дирхем, а в это же время по Сыр-Дарье/Яксарту направил мощнейший серебряный поток через ср.Волгу в Европу. Киевский клад, найденный в 1913 г. в усадьбе Сикорского, где все монеты – новёхонькие New Commomig -, из-под персса печатного станка, как раз демонстрируют избыток денег, как в Ташкенте, так и в Киеве!

          «Мягкая» поступь ташкентских монет документируются кладом Пальцево 1923 г., но, особенно, кладом Tjiengvide 1878 г. (Готланд, Швеция),[3] но, прежде —  в депозите Uggards Fund B монет 890-х гг.- из аш-Шаша больше самаркандских в 6 раз  [4] !

Рис. 1. Уровни связей и типы кладов в конце IX – начале X в.

а – клады: 1 – Богдановский 1888 г.; 2 – из Казанской губ. 1840 г.; 3 – Муром 1866 г.; 4 – Лужки 1973 г.; 5 – Пальцевр 1923 г.; 6 – Титчиха 1965 г.; 7 – ж.д. станция Красный десант 1970-е годы; 8 – Алтынтепа – 1975 г.;  9 – из Ставропольского у. Самарской губ. 1856 г.

б – среднвековые города.

в – путь дирхема аш-Шаша в Европу в конце IX – начале X в.;

г – путь самаркандской монеты в Европу в первой половине Х в.

д – уровни связей монетных дворов с денежными депозитами:

д1 – связи 1-го уровня;

д2 – связи 2-го уровня;

д3 – связи 3-го уровня;

е – ареал монетных дворов 3-го уровня, монет, представленных в Восточной Европе.

ж – гистограммы хронологических распределений кладов.

з – типы денежных депозитов куфических монет.

Этом денежное обращение восточных славян не былор джермнировано походами и иным влиянием викингов. Его в этом плне отлилачр удаленность эмиссионных центров, причём как по добыче, так по чеканки денег, так и беспрепятственность путей сообщения, тюею логичтики поставок монеты   в Хазарию, Волжскую Булгарию, а также Хорасан.

Везде складывались свои как сейчас принято говорить национальные денежно-весовые нормы, обусловленные, впрочем, необходимостью осуществлять тонкие и точные экспорто-импортные операции, причём на рупотпотовом рынке, и торговле крупногабаритные товарами скот, кибитки, юрты и т.п. а не только предметами Luxsury.

Анализ хронлогического распределения кладорв по принципу TPQ показал, что клады ра русской равнине выпадали как  во время юбырного поступления серебра из М.\

 Так и в период снижения оного, что  наводит на мысль о разных причинах сокрытия джепохзитов.с другой стороны стремлдениен Саманиджов сыграть двуями ,эмиссионными центрами в поставках монеты в Иран и Европу  вызвали естественное разделение направлений движения серебра. Именно поэтому присутствие самаркандской монеты вклада русской равнины двое сильно меньше, нежели тункентской. Клады такие и такие. Причем как показывает маленький клад красный десант, найденный на границе Астрахаснок области и Уральский области казхастанаэ (рис.1. № 7), де превалирует самаркандская монета последняя поступала отлисным танкентскйо монеты путем , т.е. вдоль Аму-дарьи (Окс).

     Проблемку еще более актуализируют данные по Финляндии, где депозите Gcrmunda с TPQ 915/6  превалирование тункентских монет двукратное, тогда как в сокровище       Tiikkinummi   с TPQ   935/6  МД аш_Шаша, Самарканда и остальных представлены в соотношении 1/3, когда, подчеркнем, выделяется паритет тункентских и самаркинадких дирхемов.(Tulvio T., 2002. Coins and coin finds in Finland AD 800-1200. Helsinki: ISKOS, 2002, p.44, tabl.).

          В этой связи, клад из д.Пальцево 1923 г.приобретает особе значение, когда в определяющей хроногруппе монет последнего десятилетия третьего века хиджры (894-903) шашских монет больше самаркандских в три раза!

Если взноянуть в целях сравнения на распределение шашских и самаркандских эмиссий в Богдановском, казанском 1840 г. и Муромском – а этой крупнейшие клады данного времени, то нетурждно убедиться об уникальности памятника из д.Пальцево Торопецкого района Калининской (Тверской ныне) области.

С,52

А что показывает новый материал ? В.А.Калинин и В.С. Кулешгов опубликовали клад, найденный в 2011 г. в Пермской области у с.Бондюжа, где при TPQ 3028615-914  чекан Мерва данная группы 10-летнего условного периода также как и пальцевский клад демонстрирует трёхкратное превышение монет аш-Шаша.

     Новый материал, помимо устапновления аналогии показывает на наличие самостоятельного монетного потока.

          Как видно ларчик открывается не так просто. В кладе , найденном на самарской луке бывшей в то время границей Хазарии и ВБ, у совр.г.Тольятти,  соотношение между самаркнадскими и тункентскими монетами равное! /с.66/, что является уникальной географической аналогией финскому кладу Tiikkinummi   и обостряет познавательную проблему, тем более, что в стране Суоми Т.Тульвио отмечены депозиты всех трех соотношений – дирхемов МД аш-Шаш – Самарканд, свидетельствующее о разных каналах поступления монеты на север Финского залива (табл.5) или разный рынках. Не забегая длаеко вперед, следует заметить в качестве ремарки, что юолее,чем веротчно прдеполоэить существования монетного потока через Кавказ и Киев в польшу, насыщенный, разумеется, самаркандской монетой. Помимо клада Исфахан 1972 (), что является аргументом в пользу существования самостоятельного движения самаркандской монеты на Запал, -наиболее отдаленней по географии депозит из г.Czecow (Lublin), где al-Rayy-17 %, Samarquand-11 % и al-Shаsh-5 % (Лев. Р..227).

          Однако в данном случае нас интересует тот факт, согласно которому борьба за серебро Маверанахра на рубеже 9-10 вв. между Киевом и Новгородом носила, в самом деле, драматический характер и нуждается в дальнейшем изучении, сулящее немало сюрпризов. Достаточно сказать, как упоминавшийся выше Исфаханский клад 1972, опубликованный Н.Ловиком с датой TPQ 325/936-7, из 543 монет которого соотношение самаркандких и тункентских дирхемов составляет как 109/64 в пользу первого, (Lo, p.110, 114, 120) , что позволяет говорить о рынках миксинга монеты на территории восточнославянских земель и Поволжья.[5] Как видно более  глубокое изучение денежного обращения Ирана 9-10 вв. позволит локализовать и топографически привязать на местности казну, а также местоположение дивана. Находки оттисков печатей –булл предшествующего арабам Сасанидского времени, анонсированных А.И. Колесниковым (2006, с.230), свидетельствуют о плодотворности такого направления поиска, т.к. на одном из редчайшем оттиске. Как впрочем, и во втором, французскими востоковедами отмечены  указания на «диван» и  (2) «Печать сокровищницы, преумножающей благо».

     Археолог Г.С. Лебедев со ссылкой на нумизмата бывшего зав.отделом Нумизматики ГосЭрмитажа В.М. Потина писал, что весь серебряный экспорт, осевший в Древней Руси, Скандинавии  и  также Англии составлял 1,4 -1,5 тыс.т. серебра или 7 млн.марок. Причем, монета 4 периода, приходящей на самандискую эру, составляла до 50% всей эпоху поступления восточного серебра в Европу (750-1016) (Лебедев, 2005, с.324 спр.). Значит, в из недр современного Узбекистана должно быть извлечено 700-800 т.чистого серебра,, тогда как археологами доказано всего лишь о 400 т (Б., с.18-22). И речь шла о  непосредственном сырье для чеканки звонкой монету, т.е. в металле с самой высокой добавленной стоимостью !  Можно в связи с изложенным предположить, о дополнительной минерально-сырьевой подпитке трансоксианских монетных дворов сырьем и/или монетой из Ирана, поскольку очевидно походы викингов на Южный Каспий и Берда’а, не могли не быть замеченными.[6]

          Надо сказать здесь за Оксом воспользовались поверхностной  доступностью серебряной руды использовали таковую как ресурсную ренту, что привело к расцвету мусульманской культуры – общеизвестно.

          Косвенными аргументом, отражающим скорее всего именно, этот раздел геополитики Халифата  конца III a.h., т.е. рубеже 9-10 вв.по Р.Х. отражает присутствие монеты, битой в Арминии в кладах самандиского дирхема в Европе. Она отмечена во многих депозитах данного времени в качестве TPQ-ante, включая и новые находках кладов. В частности, рассмотрим свежую находку клада — самый северную на Каме тезаврацию с датой TPQ 302/914-945 гг., гдк монеты арминского МД 287 г.х. на равных учавствуют в Денежном обращении верхнекамского населения парируя дефицит моент из Маверанахъра 287 г.х.выпуска (КаКуле,2018, с.128. 4-7, с.128, №19). Создается впечатление, что денежные власти Халифата, действуя по своим правилам логистики, отправляли на север деньги с маркером самого северного кавказского МД и, надо полагать, самого обеспечного сырьем серебра, если не предположить, что сначала монеты с МД Арминии отправляли в Ташкент и/или самандиские дирхемы, также как и арминские сначала поступали в Багдад в сокровищницу халифа, а уже затем центральная власть отправляла их на север в расчетах по торговым операциям. Наконец, хазарские подражания  10 в. клада из Перми Бондюжского оправдывает предположение о торгово-экономической политике Багдада в период первого серебряного кризиса.

          Какими процессами объясняется «игра соотношений», насколько пропорции отражают состояние денежных рынков, а также локализацию последних на карте топографии распространения арабской монеты на восточнославянской территории – большая задача.

          Люди несут в банк наличные средства, которые они пытаются сберечь-сохранить, не мудрствуя лукаво, выбирать или откладывать те или иные, часто потертые банкноты, т.е. тезаврируя средства из денежного обращения непосредственно. Так и в древности люди тезаврировали монеты, которые выбирали из непосредственного кошелька-кармана. Потому изучение денежного обращения и кладов как отражение его самого непосредственно на родине-эмитетенте представляет такой же интерес как сопоставление памятников, выпавших в самом конце распространения монеты того или иного типа (Хан, 2004, с.120, 143).

          С этой цель приведем Хронолого-эмиссионного распределение готлансдкого клада Tjiengvide (#8) 1878 Wekght 607,24 g. Распределено 231 д.//CNS I Gotland Akeback-Atigbo. TPQ 344 as-Shash. #215.

          Здесь три десятилетия подряд, начиная с 895 г.наблюдался подъем поступления дирхемов. Затем – два десятилетия спада. Теперь обратимся к практически синхронному кладу, происходящему из Маверанахра непосредственно клад Алтынтепа (Хан. 2004, с.,55, рис.6).

          Не следует подозревать автора с скропательности обнародования наблюдений. Однако. Позволю себе утверждать, что это абрисы графических распределений –есть  копия отражения взаимозависимости и если хотите, взаимодействия рынка чеканки—эмиссию денег и рынка потребителя, что географически пугать должно разве, что психологически –от Готланда до Траноксиании.

          Итак, начавшаяся еще Аббасидами эмиссия и выброс монет на внешние рынки в начале 280-х г.х., превышающие потребности внутреннего денежное обращения предшествующего периода, как это видно по материалам Исфаханского клада 1972 (Ловик), а также Закавказских кладов 10 а.(Хан, 204, с.80, рис.5). (Рис.),

Рис.. Аббасидская составляющая Закавказских кладов 1-й пол. IV(Х) в.
(183 монеты).

На оси Y (сл.) указано количество монет – им соответствует график
в столбиках; на второй оси Y указаны процентные соотношения –
им соответствуют линии графиков. Тренд линейный.

 И это было лишь маркетинговым ходом. Следующие три десятилетия были весьма тяжелы для населения Маверанхра, когда монета уходила на север, как видно из клада Tjiengvide 1878 г., выполняя какие-то внешнеполитических функций Багдада и плотно сотрудничавшего с ним саманидского Тункента. Разновекторность графиков распределений наиболее удаленны друг от друга памятников, насыщенных продукцией одних и тех же монетных дворов, позволяет построить гипотезу о характере денежного обращения в Центральной Азии, когда имеемо из него, т.е. из собственной экономки выбирались деньги и отправлялись на север для выполнения пока неизвестных внешнеполитических функций. Другими словами говоря, денежное обращение  в Маверанахре было самодостаточным, и повергалось достаточно жесткому регулированию, а чтобы не быть голосины приведем географически промежуточный депозит, самый большой для данной эпохи – Муромский клад 1868 г.с TPQ 329/940 г.

          При всем том, что клад образовался из другого монетного потока –график демонстрирует непрерывно поступления в течении 60-ти летного периода поступления средств в данный регион. Средства здесь удерживались и не транзитировались дальше на север.

          Заканчивая рассмотрение завершение первого серебряного кризиса отметим, что клад Tjiengvide 1878 г. как люди свою историю судьбу как раз демонтирует процесс кладобразования – образования сбережения средств, клада по данным монет выпуска Аббассидов , начиная с 277/890 в Европе, что в частности, видно на таком глубинном кладе как найденном  в имении Slubbemala-Nygard провинции Smaland в 1960 г.с датой TPQ Burkhard II Duke (954-973). (Petersen, Welin, p.318. №15-18; 322. ## 177-178), где вес монетной части памятника равный 206,7 г.в комментариях нуждается вряд ли, тогда как  вещевая часть клада состоящая из ювелирный изделий, весит 306,2 г, а это 1,1 византийской литры/английского фунта того времени. Что касается интерпретации общего веса депозита 566,9 г., то и здесь все соответствует, а соответствует о трем прусским маркам! Можно с большой долей уверенности предположить, что депозит был составлен менялой немецкого происхождения из Данцига, например.

Дирхемы  280-х гг.в данном памятнике  TPQ ante, т.е., ранние. Они есть результат рассматриваемого маркетингового хода–выпуска Аббасидов, когда монеты 890 х гг. стали формировать капиталы/депозиты во все больших местах, что говорит о более широкой доступности монет, т.е.большей вовлеченности населения в товарно-денежных отношениях.  В то же время, в периоде «жизни» Tjiengvide 1878 г, продлившейся на 4 года всего дольше Муромского, есть три монеты – хронологические индикаторы формирования депозита. Это монета №154 Шаш на рев. Процарапанный трезубец с трилистником на центральной ветви.302 г.х.(а); №222 ВБ Мика ил бен Джафар по типу Саманид Самарканд 306 г.(б) и № 229. Шаш 308 г.имитация-подражание саманидский прототип крест из линии с тремя т.в обрамлении. Штемпель /?/. Согласитесь, что это уже не нумизматика![7] Но в данный момент нас интересует демонстрация того тезиса, согласно которому формирование депозита происходило не одномоментно, с перемещением клада целиком на место сокрытия, но поступление монет, в связи с датой чеканки оных по году позволяет выявить характер и уровень их полонения казны государств Европы. Но самое главное – скорость монетного потока – иногда вокруг –Каспийского моря до конечного потребителя.

          А теперь завершим обсуждение вопроса соотношения монет аш-Шаш – Самарканд, который будет показано дальше представляет собой гносеологическую новации, хотя первоначально мне казалось, что только установления эмиссионной мощности каждого из рассматриваемого МД моэно будет решить этот вопрос. Но, будет отталкивать от того предположения, что монет аш-Ша выпускал больше, чем Самарканд, обладая определенной автономией от центра –столицы Саманидов Самарканда.

          Небольшое отступление будет состоять в том, что аш-Шаш – Тункент не входит в юрисдикцию официально, а лишь номинально пользовался правом эмиссии. Монеты современный востоковед из Американского университета Каире Ахмвд Хан /Ahmad Khan/ Тункент в своем исследовании не рассматривает вовсе, тогда как Самарканд изучается достаточно последовательно (Khan A.. 2023, p.339-341). Данное положение отражает  достижение современной историографии  вопроса (Frye R.N., p.136-161). Точно также американский востоковед Р.Фрай не относит Тункент к саманидской юрисдикции, также как b Хорезм. (Рис. ) (В.М., 1999; Зоиров), что находит подтверждение в самостоятельной монетной эмиссии (Wellin . 1961). Как писала Е.А Давидович (с.106), «изучение всей совокупности материалов о ДО IX-X вв.убеждают нас в том, что территория Саманисд госуд отнюдь не представляла собой единого рынка с общими  и совершенно одинаковыми для всех областей нормами ДО».

Это имеет значение, в Самарканд например, поступали золотые динары общехалифатского чеканки. В частности, известны золотые монеты Хумаравейх б.Ахмед Миср 273 г.х. и Харун б.Хумаравейх, Миср 289 г.х.[8]  – тогда как самаркандские монеты наряду с монетами собственно Тункента здесь обнаружены были, причем, как в случае с золотыми динарами, в депозите. Опубликовавший эти данные старейший среднеазиатский нумизмат и археолог М.Е. Массон, основатель целого  регионального направления в советской исторической науке, крупнейшим достижением которого в самандиской нумизматике было соотнесение данных Ибн Фадлана с продукцией конкретных монетных дворов (МЕ, 1955, с.189, прим.1; с.190-196, табл.1).

      Его коллега, заместитель на кафедре Е.а. Давидович, подтвердила, что те серебрные монеты, которыми пользовалась вся Европа назывались «исмаили» с111). А всего их было 5 видов,  включая ломаные, что важно для уточнения номинального строя саманидскоих денег, основанного на типах монет – динар, дирхам, фельс. (Ehren.1970. p.44-46).

          Итак, положим на карту распределения кладов начала 10 в. 890-900-х гг. с целью привязки соотношения навязанных МД к тому или иному логистическому значению морфологии. (Табл.1).

                                                                                                  Таблица 1.

Коэффициенты сходства хроногруппы 280-289 г.х. депозитов куфических монет на основе соотношений чеканки аш-Шаш/Самарканд. (авторский анализ).

  Клюковичи (Польша) 1945 г. Боровиково (Пс.губ.) 1889 г. Ленциховщина (Минск.губ).1984 г. Киев 1913 г. Лужки 1973 г.   Folhagеn(Smidgгrde) 1866 г.[9] (281-290 г.х.) Tjiengvide 1878 г. (285-294) Муром  1868  г. (285-294) Пальцево 1923 г. Дубровичи 1928 г.Ряз.об. (281-290) Богдановский Вятск.губ. 1885 г. (285-294).
Аш-Шаш (Тункент) 506 47 155 235 53% 65 20 131 124 6 40
Самарканд 124 11 23 65 28% 12 13 62 42 1 18
Соотношение 4,08 4,72 6,739 3,615 1,89 5,42 1,538 2,11 2,95 6 2,22
Примечание — Хан, 2009. By CNS. Хан, 2004. Здесь Гомзин,2003 Марков, 1910,

          Следует сразу же отказаться от мысли наложить все на карту, ввиду того, что коэффициенты соотношений эмиссии названной пары  не имеют топографической привязки, т.е,. картографирование по принципу распознания коэффициентов ни к чему приведем, и не потому, что выделенные значения есть теоретическое «отпсплуния»,  — они позволяют опираться в своем объяснении не понятие поток, абстрагируясь, таким образом от речных систем-гидрофичеколй сетки ВЕ, являющиеся в древности водными торговыми путями,т.е. главными составляющими логистики. (Носов, 1999.). Последнее представляется весьма ценным ввиду тог, что далеко не все клады-депохиты известны науке, а что известны зачастую не не имеют большой исчтониковой зхначимости, т.е. малоинформативны.. таким образом рассмотренные в табл.1 материалы кладов есть , выражаясб чязыком геодезии, триангуляционные точки, как если бы мы составляли осхему, но в данном случке, монетынх поток, состоящий из денег посоледнего десятилетия 3 в.х. При этом такой подход позволячет не счиаться с собственно эмиссионной мощность навызанных монетных дворовэ, ввиду решения частной задачи, что будет важно для пролонгации исследований в том и, можэет быть ином направлении.

          Ввиду того, что ивезстны клады стоящие исключительно из молнет самарпкнадской эмиссии, интерсно выявить клады с преоиьбладающим число монет Тункента. Неожиданно таковой назодистя  в Белурси , но не в ВБ, где кэффициент  едва превышает 2. Это значит, шашаские моенты транитом прошли среднюю ворлгу, омтетив в качестве репера в  кладе Л.. а кроме тьго приняв в свое      состав некоторую самаркандких монет выпадали в кладе Folhagеn(Smidgгrde) 1866 г.[10]

          Миним.коффциент превышения шашаских монето отмечен к ладе Лужики равный 1,89 еще меньший К выделенв готланскиом кладе Tjiengvide 1878 г. -1,5, а если принять во внимание то обстялтельство, что киевский депозит 1913 г. имеет коэффициент располоежнный как бы посредине, 3,615, то нетрудно сделать вывод срнласо которому киевские купцы-трейдеры поджидали на Волге и с появлением первых монет из рансоксианни схватили их, но , как видно не все. Они получили также не все монеты самаркандской чеканкий, которые почти не смшиваясь также отложись на Готланде.[11] ,Монеты конца 3 в.х., поступая через Кавказ , а конертно Дербент в Европу, расхоидлилсиь здесь как бы веером – от Камы, Вятки до Вислы, проникая  самостоятельно на о. Готланада. Очевидно, этот поток заметили в районе, где выпа клад Пальцевом, что позволяет утверждать, что связи с ВБ пальцевских купцов были здоровее, нежели с Хазарией.

 Веер шашских монет, тразитом последовавший через ВБ, был севернее хазарского, с той лишь разницей, что это был траверз, тогда как самаркандский        дирхем –повторил «логистическую» судьбу распространения монет африканской чеканки предшествующего периода. Таким образом геоморфология распространения, продемонстрированная выше, показывает на многослойность и мноурвоность монетных потоков, образованных шашским и самаркандским дирхемом , выпущенных в последнее 20-леьтие  3 в.х.

И последнее. Не стоит делать исключение, хотя исходя из к.о монетном потоке отсутствие таких депозитов вВБ недоумения вызвать не можеть- Богда.и Мурмск.клады как раз говорят о том,ч то они есть результат, а не процесс Но  готл.клад стора1 с относительно раннй датой 910 г.рх,что это поток(чиатетл. Предлагается самостоятельно), особенность состит в том,ч о в нем не прсиутвуют ВБ, тогда  в другом кладе и этого места в топографии Г., 935 г. Моенты ВБ присувуют в значит.числе. Это ли не свидетелсьво того,что стора первая сфоримросвалась методом гипервзука?, елси не сказть,чо вообще пеерскочили через волгу .

По числу монет клада сопоставим с киевскими 1858 и 1914 гг. поэтому сопоставление весьма репрезентативно. Одновременно, бросается в глаза ВН клада 2019,4 г и 164,7 г. Если бы я встретил этот клад, когда комментировал перевод Н.П. Бауера, я бы его привел в качестве аргумента в изучении ВНК. Выражаясь языком Бр.Хород, это т.н. обусловленный депозит, т.е.обеспеченный аргументом ВН. Это 150 мархоупте прусской ВН + 1 полулитра византийской ВН, — половины британского фунта, известного по Гриерсону Англии.

 Выявленный значительный показатель Прусской марки равной 10 целой марки и 1 маркхуопте довесок –всего 150 последних  позволяет большим основанием интерпретировать ВН клада Е с вн 607 г . Данная ВНК есть не что иное как  датско-готландская марка в 200 г, отложившаяся с расчетом на «угар»  при переплавке.

          Стора первый клад – это тезаврация торгового капитала между востоком и З, С. И Югом Причем, он отражает первый тип жепохита, когда клад выпадает на подъеме поступления серебра с Востока (Хан, 2004). Но вряд ли кто отважиться заявить, что д.эти были сокрыты от избытка – владелец оного мог реализовать его в Англии, например, действуя через Каупанг ()Норвегия.

Не следует забывать, что речь идет о первых стартовых эмиссиях таджиской династии Саманидов 890-х гг. , когда мы в поисках выяснения ситуации выхода из кризиса дефицита восточного серебра, изучаем распространение  трансоксинаской монеты в Европе. Как установлено выше, южный монетный поток «уперся» и погас в Киеве, где по данным археологии в том числе серебра а ювелире было более чем достаточно (Сагайджак, 1982, с.8-11, 83-86), а также налажена эмиссия собственной суверенной монеты. – сребряниов (Фр.Ш.). северный же поток мог пройти как через Гнездово, так и через Ст.Ладогу –он осел в Скандинавии, где подробные разработки Блэкборна, с.35,36), подтвержденные разысканиями Кершоу (табл.1), показывают, что монету 890-х гг. скандинавы абсорбировали полностью — подъем кривой поступления монет в Англии,[12] начавшиеся с 910-х гг, свидетельствует о том, что Скандинавы «пропустили» серебро с востока, после насыщения своего рынка валютного металла. Данное наблюдение не есть вольная интерпретация чужих материалов –оно позволяет поставить вопрос о количественных измерениях подобного явления.[13]

          Ситуация запутанной не выглядит, как смог почувствовать читатель, — поток шашских монет, стартовавший в Маверенахре, что важно с точки зрения хронологии, одновременно с самаркандской монетой –проскочил волгу в одночасье. Впрочем, «чистый» тункентский клад здесь должен быть найден – как говорил М.Е.Массон в таких случаях – Не найдено не значит, что не было! Между тем, в попытке преодолеть лакуну в источниках , Янин «определил» клад, найденный в селе Кокрят в 1890 г.Казанской губ.как раннесаманидский с TPQ датой 1890 г. (Ян, с.138, рис.24,1. № 50). Однако обращение к первоисточнику показало, что данный памятник денежного обращения целиком и полностью состоит не из монет, а подражаний-имитаций оным, которых оказалось аж 300 штук! Не спасет ситуацию отсутствие дат этих имитаций. (М,1910, с.11. №59).[14] И становится понятно, что северный потребитель серебра, стремился перехватить/отхватить, если не переиграть потребителя южного. И здесь одним теоретическим положением  рентного механизма данное явление объяснить не получается. Но на помощь приходит оксофрдкое определение «ldt», когда одни и тот же материал потребители «расфасовывали» по разным, т.е. своим корзинам.

Современный пример еще более «освежает» картину. Всем известно, что такси поймать в дождливую погоду сложнее, да стоит оно дороже. А объясняется такой эффект, не тем, что в непогодь условия труда таксистов труднее, сколько тем, как пишут П.Кругман и соавторы /Кругман и соавторы, с.412-413/, — неопытная часть водителй сходит с дистанции, предпочитая отсидеться в кустах.  Но, законы экономики таковы, что снижение предложения услуги, взвинчивает цены! И круг закрывается.

—-*******************—————

Далее, осуществим хронологическую ретроспекцию оборотив внимание на депозит более ранний из с.Кузнецкое 1899 г. (с.101.носов, ), демонстрировавший в регионе начало первого серебряного кризиса.

          Монеты Ароминии, которых здесь также весьма много — ведь даже, к примеру из 162 монет клада из Кузнецкого мы сумели отразить в распределении только 129 экз.

Рис. Клад из д.Кузнецкое 1899 г. Хрнолого-эмиссионное распределение.

** Монета Сурра мен-раа с датоц**2г.х.отнесена к хроноггруппе 246-235 г.х.

Депозит из Кузнецкого и Пальцевский клад, происходящие с одной территории, но разделенные первым серебряным кризисом объясняет далеко не случайное совпадение наличие в стыковочных частях памятников монет Арминии и Аш-шаша, что, всегда за Фоминым, признает такое явление концептуальным потенциалом в феномене распространения куфического дирезма в Европе.

    Далее. Обращает на себя внимание полное отсутствие в рассматриваемом депозите монет африканской чеканки, тогда как в более северных новгородских кладах, а также в староладожском – хоть и в небольшим количестве они присутствуют.

     Может данное обстоятельство объясняется маломощностью клада ? Отнюдь в «соседнем» как по времени, так и по географии хорошо известном Шумиловском 1927 г. кладе, найденном крестьянином А.Г. Багровым, магрибских монет вовсе нет тоже. При распределении и переатрибуции некоторых дирхемов, осуществленных В.С.Кулешовым, — 1255 экз., сближающий его по числу, но не по составу с Ягошурским 1867 г., отсутствие монет африканской группы, а также монет испанской Андалузии – важный показатель распространения дирхема, прямо указывающий на разные источники поступления монет на Русь, т.е. о борьбе разных кланов при халифском дворе за организацию и управление монетными потоками на север.

      И, надо полагать, последнее происходило без участия викингов.

          При отсутствии монет из африканских владений Халифата, в шумиловском кладе, пик поставок серебра на север приходится на монету отчеканенную после 191/808 гг. что соответствует Кузнецкому депозиту. Одновременно, кроющая хрногруппа клада, с TPQ 257/869-870, где замыкающие дирхемы, битые в Сура мен-раа, ал-Куфе и Багдаде являются индикативным маркером, ввиду того, что данная хрногруппа насыщена «да нельзя»  выпусками хорасанских и маеверонахрских МД – Мерва, Самарканда, аш-Шаша, а также Арминии (Ку, с.223-226), что предполагает то направление поиска, согласно которому дирхемы в том числе и из Центральной Азии свозились в Багдад, наполняя бюджет Халифата, а уж затем отправлялись на Север, в частности.

        Более того, багдадские монеты, как видно из других синхронных памятников пошли как на север, так  и в Белоруссию о чем показывают распределения кладов Поречье, Добрино (Ря.с.125-126), где вовсе также нет африканских монет.[15]  (Рис.).

Рис. Клад Добрино. Хронолого-эмиссионное распределение 523 дирхема (по В.Н. Рябцевичу).

*полное отсутствие монет Аббасии, поэтому, наличие двух дирхемов Ифрикии делает их в данном депозите приятным исключением.

** Отс.на карте Янина, с.119. М.б. представлен под № 31 как клад из Витебюск.губ.без даты TPQ?

      Нет сомнений в том, что и ряд южнобалтийских кладов из восточной Пруссии и Померании также детерминированы именно описанным в кладе Кузнецкое монетным потоком. Вопрос состоит в том, где был главный транзитный центр перевалки серебра, а также каковы пропорции распределения саманидского монетного потока между Киевым и Новгородом.

      Так, например, клад  Дрогичин (Cz., s.168-169), найденный на западном берегу р.Буг с датой TPQ 280/893-4 аш-Шаш,[16] имеет двучленный состав –до серебряного и посткризисного периода, что подразумевает специальное изучение подобных памятников, поскольку их известно уже изрядное число, в том числе и Киеве, когда один слой монет перекрывал другой — аббасидский (Клады).Однако наиболее представительный депозит для иллюстрации такой нестандартной ситуации для нумизматики восточноевропейской равнины, но оправдываемый с точки зрения теории сбережения – это готландский клад Folhagеn(Smidgгrde) 1866 г. TPQ ислмаских м.№ 668 Шаш 360г.х./978 Р.Х.[17] По 604 д.

          TPQ рассматриваемого памятника 991 г. Р.Х. и нет сомнений в том, что он складывался семьей в течении  нескольких поколений, для которой самый трудный жестокий период 870-880-е годы, т.е. декада- период после призвания Рюрика восточными славянами. О соотношении денег, поступивших из Аш-Шаша и Самарканда, имеющий уже четкий эмиссионный индикатор сказано говорилось выше.

Согласно Кершоу (Kershaw J., 2017), обработавшей многочленные находки монет из случайных находок и  сборов, подъёмных и монет, собранных с помощью миноискателей, период серебряного кризиса по Нунану , что с учётом из сборки Ст.Болина, начался в ВЕ в 850-х гг., тогда английские находки с Данилоу, находящегося на востоке Англии, т.е., где первыми встретившие скандинавские поставки дирхемов, демонстрируют отчётливый и единственный пик поступления монет, приходящийся не на 850-е годы, а на 860-е с резким последующим падением, также как и предшествующим условным десятилетним периодом, впрочем, если данные из обширных сборов Кершоу (рис.9) сопоставить с данными английских же раскопок, например, зимнего лагеря викингов в Нортумбрии, что на реке Трент в Торкси (Torksey), то по территории восточнославянских земель уточнения могут быть разве что по отдельным локациям племён и\или путей.[18]

Англия и Ирлавндия — конченый пункт распространения исламских монет на Земле, но и в промежуточных с географической т.зр., а также непосредственно на месте их эмиссии  мы наблюдаем аналогичную картину, когда в иранском кладе Сузы наличествуют исключительно монеты 60-х – 70 х..г.Р.Х. (Ну,2002 , с.154). В тоже время Шумиловский клад из Новгородского музея, где при TPQ 256\871 гг., практически синхронному тверскому кладу из села Кузнецкого, можем видеть как монеты, выпущенные в период 241-251\ 856-866 гг. (ку, с.194, рис.2), не являющимися кроющими, демонстрируют стремительный рост поставок денег, являющиеся в данном аспекте «экзогенными». (Современный). И это справедливо связывается Нуноом с эпохой Рюрика. (клады). Монеты 860-х гг., как по эмиссии, так и по распространению явились как первопроходцами, который проложили вектор саманидскому дирхему 40 лет спустя, о чем свидетельствуют данные и Кузнецкого депозита, в котором 2 кроющих десятилетия 50-х и 60- гг.показывают нарастание числа монет в памятнике.(). Поразительно, во всем ареале распространения арабской монеты таковые, выпущенные в 860-х гг.доминировали по сравнению с «соседними» условными периодами. Это отмечается как Англии, например, в зимнем лагере викингов Торкси
(Dawn), норвежском Каупанге, шведский Бирке, в кладах повисленских славян и славян в Поволховье и др.местах.

В отличие монетного потока 890-з гг., показного выше, импульс эмиссии 860-з гг.был поглощен потребителем по-другому. И речь сейчас не о том, что точно датируемый зимний лагерь викингов в Торкси 872-3 гг.[19], что на Тренте, насыщен монетами данных дат выпуска, что вкупе с радиоуглеродным датированием позволяет выявить темп на уровне супер/сверх прохождения монет от, скажем, Багдада и Рея-Мухамадии /читай: Тегерана/ до Нортумбрии, а в том, что восточные славяне и все остальное население русской равнины стремились удержать серебро в своем внутреннем денежном обращении, не отдать/пропустить его на запад, тогда как викингам связываться с кочевниками было не всегда «с руки». Английские хроники сообщают, что местное население поахало землю. (Cambell.)

 Денег в  Сев.Европе, включая территорию от Эльбы до Камы,[20] было столь много, что  скандинавы смогли снаряжать, закупая, например, германские мечи с надписью Ulbreht–известные от устья Камы до Поднепровыья стальсберг, а также профинансировать большие военные экспедиции –речь идет походе 862 г. норманнов, которые по Днепру и Черному морю напали на Константинополь, но потерпели неудачу (Гюстин,), а также на Западе тогдашней ойкумены. По мнению. Нуна. Ссылающегося также и на археологические материалы, скандинавы, которые проникли на русскую равнину после 750 г. и оседали здесь на ПМЖ и вновь пребывающие из-за моря ввиду наличия серебра, боролись, разбившись на группы, кланы, племенные объединения, т.е, вступая в союзы с местными славянскими, финскими племенами, в результате чего и появилась необходимость призвать Рюрика понятно, не исходя из «мягкотелости» последнего, благо денег — серебра в ,тот критический момент истории было, в самом деле –только посчитать, да и сравнить есть с чем.

   Представляется, вместе с тем, очевидным, (Сахаров, с.201-203) что причинно-следственная связь между легендой о призвании Рюрика и описанным выше валютной обстановкой поступления дирхемов в Европу, включая Англию, может быть апробирована. В этой связи, наши попытки «притянуть» в теме монету, битую в Арминии 267 г.х., не выглядят беспрецедентными.

        Углубляя ретроспекцию, мы позволим себе сделать еще одни шаг в разрешении научной проблемы, поставленной нунаном и первом серебряном кризисе, когда серебра с востока вполне  хватало для обслуживания денежного оборота, но и для кладообразования, т.е. тезаврации. И это не оговорка, ввиду того, что очевидным представляется изучение равновесия – баланса потребления / поступления серебра, а кроме того, скорость монетного потока, скорость обращения, когда представляется парадоксом –  дирхемы 860 гг. по Европе двигались быстрее, чем монеты 890-х гг. Это научит, что LDT в разное время мог быть разным.

          Long distance trade (LDT) коцпт британской экономнчиесколй истории,- дистрабьция, распротсранеие от проиводителя/местрождения  к потребителю товаров/предметов/вещей не только и не столько имеющих непреходящую ценность, но и вохниший в  результате природныъ, технологийки, культурныъ, наконец, достижений в силу неравномерности развития и ,экологических причин.

          Американские археологи обнаружили дальнюю дистанционную торговлю в первобытной Африке. ДЖругой эффектный пример – торовля колониальнымитоварами – феномен «чайных клиперов». LDT Существует благоадря стабльтности спроса и предложения, обеспеченности денбьгиами, а также от мозности ресурсной базы. (Vreis J.de. 2003. p.358-365)/

В нащшем случае халифат в конце 8- начле 9 в., накопил благдаря налогобложэению весьма много серебора, а в коцен 9- начале 10 вв.выбросил на мровой рынок себера из рудников Трансоксиании.

Историки все время задавались вопросом, почему клады, выпавшие после 860-х гг. имеют практически одинаковый абрис графического распределения, что как видно из новейших публикаций по проблеме, используемые в данной работе.

        Словно пытаясь ответить на данную проблему Янин, в своей последней работе привел топографию кладов 9 в., выпавших на территории Восточных славян (Я,2009, с.119, рис.17), где  клад с TPQ 893г., выпавший на нижнем Днепре – землях древней Таврии самый поздний депозит 9 в. – Ново-Лазаревка, а далее на север топография отмечает все более поздние памятники: №4 Полтава 883 г.; № 5 Погребное 876 г:; № 6 Моисеево б\д и Бобыли — №7 876 г. Данная топография лишь подтверждает законность такого понятия как дифференциальная рента – чем ближе к источнику средств, бюджету, в конце концов, тем быстрее Вы получите средства, что важно, когда их нет.

Можно назвать хрестоматийны пример распространения арабских дирхемов непосредственно перед первым серебряным кризисом, проиллюстрированный следующим образом. ()

Рис. Зависимость цены земли от местных рынков (по OEEH, v.4, р.276). От автора: Интерпретация на русский язык диаграммы может быть такой: «подалше положишь – поближе найдешь».

     Приведенная диаграмма есть инструмент, у нумизматов лупа, когда на примере западнобужского клада Дрогичин с той же датой, что клад Ново-Лазаревский из Херсонской, кажется области,(Cz., с.129 № 297 аш 280/893-894) при море более ранних памятников, то и это также не противоречит теории, поскольку отражает иной внеэкономический тип отношений населения по обе стороны реки Западный Буг. В самом деле, в данном депозите налицо лакуна 70-х 80-х гг., тогда как монет 860-х гг.- 16 штук, что в сравнении с предшествующим десятилетием 50-х гг., т.е.больше в 4 раза. Сюда же следит отнести и готландский депозит Folhagеn(Smidgгrde) 1866 г. //CNS.1 Gotland. Bal-Butle. p.65-73. TPQ исламских м.№668 Шаш 360г.х./978 Р.Х.– вот только определить источник поступления средств в данный пункт острова будет не так-то просто. И эту познавательную операцию рутинной не назовешь, как впрочем, и археологи в своем стремлении сузить датировку 880-920 Р.Х. (Френкель, 2006, с.574-575), т.е. изучаемого в данной работе времени одного из курганов скандинавского же могильника в районе Южной Ладоги озера с 40 до 20 лет, испытывают некоторые процедурные вопросы.

          Можно предположить, что Дрогичинский депозит отражает широтный поток дирхемов, куда импульс 860-х гг., не был поддержан поступлениями денег в последующие 2 десятилетия, в то время как готландский Folhagеn(Smidgride) 1866 г., демонстрируя ровный  до 890-х гг.уровень поступления монет, свидетельствуя об ином типе отношений населения данной части Готланда с Балтией-Новгородом.

          Выше отмечалось 870-е и 880- годы были весьма дефицитными для восточных славян в смысле поступления монеты. Они использовали деньги от предшествующей торговли с Халифатом, в тоже время Болгары на средней Волге постарались восполнить дефицит серебра собственной эмиссией –перечеканкой прежнего фонда монет. О чем свидетельствует депозит Билярск 1853 г, где монеты до 877 г,- как монеты, а поздние 282-293 г.х. — подражания, т.е.местные (М,с.10.№52).

Как видим, ретроспекция оказалась не лишней, тем более, что в Кузнецком кладе монеты 860-х гг., вслед за монетами предшествующего десятилетия демонстрируют подъем, что должно быть объяснено какими-то местными особенностями денежного рынка. Рассматривая клад более поздний — Пальцевский, где мы определили превалирование ташкентских монет в абсолютном значении в данном памятнике, свидетельствующие о самостоятельном монетном потоке на север с ВБ, то бросая перспективный взгляда на хронологически более ранний клад Кузнецкое 1899 г., можно гораздо уверенней судить о том, что самостоятельно черпание новгородцами вместе с ладожанами монет из того же рынка было и перед первым серебреным кризисом. Монеты саламской, эмиссии 860- х гг. приильменские славяне и их соседи стремились удержать, отправляя их в клады, которые перелопачивались вкупе с монетами ранних выпусков захватывались и вывозились норманнами в Скандинавию, наконец ими же доставлялись в Англию, хотя перед этим они  следовали по Волге до Старой Ладоги, в том числе транзитом через Ярославское Поволжье, охватывая всю восточную часть волго-балтийского пути, включая и Вятско-Камский ареал (ВКА).

     Одинаковые абрисы графических распределений тому же «длинные» по хронологическому составу клады 9 в.говорят о том, что деньги выбирались не столько из сокровищницы-казны халифа, его сундуков, а перемещались по Восточной Европе, ввиду того, что как это говорилось только что – «транзакции» ликвидности совершались одними и теми же силами, формировавшие монетный поток и продвигающие ликвидность на большие расстояния. Приведенное наблюдение по факту объективно заставляло восточных славян и их западных  соседей искать непосредственные способы получения монетного серебра на Востоке, прибегая, в том числе и к неэкономическим методам получения этих средств.

Прямые контакты новгородцев, русов, сакалиба с их союзниками бургасами и булгарами с целью заполучения серебря в Багдаде можно считать вполне конкретным событием, начиная с рубежа 8-9 вв. Р.Х.(Л.,с.40-41; В, с.53-63).

Подведем некоторые итоги.

          Охарактеризованный первый серебряный кризис распространения восточного серебра в Европу 850-880-хх., не для всех субъектов торгово-эк. И политической деятельности был кризисом, однако  общее снижение поступление монет в Европу и, прежде всего, на земли Восточных славян имело место и приводило к определенным военно-политическими осложнениям, трансформациям. Именно в это время появились первое сообщение в русских хрониках об образовании Древнерусского государства, что создавало организационные трудности для россиской исторической науки.

          Понятийная сетка общенаучной категории Кризис академик В.А.садовничий (221,с.) пишет, что преодоление его есть смена технологического уклада, что с экономической теории весьма адекватной отражает наши измерения данного вопроса, когда Багдад, пользуясь рентой власти возложил ответственность и\или делегировал право эксплуатировать ресурсную ренту самоопределившийся таджикской династии Саманидов.

          Восточная монета – деньги этого периода повысили финансовую культуру восточных славян, усилили монетизацию экономики, социальное расслоение общества, способствовали независимой устойчивости восточных славян от их западных соседей, свидетельством, чем послужило принятие христианства по византийскому образцу.

        Рассмотренное денежное обращение в тверской земле в пору первого серебряного кризиса показало значительную научную ценность данного памятников для регионального изучения особенностей внутреннего денежного, а также  транзита восточного серебра.

     При изучении кладов, знаменующих начало первого серебряного кризиса видно противоречие феномена дифференциальной ренты перового рода, а также оксфордского концепта Long distance trade, когда дальние пункты назначения того или иного продукта, в нашем случае монеты, получали серебро!  Теория диктует обратное понимание ситуации. Не вдаваясь в длительные сентенции экономической науки, следует заметить, во многом данный феномен объясняется потребительскими свойствами монеты, востребованностью мировыми рынками.

     И когда началась саманидская трансоксианская, эмиссия монет, ее мощность позволила достичь ей максимальной остроты-пика, когда она монета дошла до Англии и Южной Норвегии, выпав там в кладах. Распространение саманидского серебра сложный процесс политики не сколько Саманидов сколько багдадских халифов, где нумимзатически следует изучать металлографию монет едва ли не каждого клада,  что вкупе с данными находок из случайных сборов позволит определить топографическую ориентацию последних по отношению к монетному потоку.

       В древности и средневековье деньги прятали в натуральную кубышку, которую закапывали в земле у неприметного места. Тезаврировали определенную, точно заданную владельцем средств сумму, причем по все правилам наличного денежного обращения, когда из оного изымалась конкретная сумма, т.е. на орсеове метролгического/весового стандарта. Коль скоро денежное обращения заждалось на метрологическом стандарте, приятом в той или иной стране-государстве, то и владелец придерживался, как впрочем и купец, торговавший по стандартам своей страны-юрисдикции. Поэтмоу все клады-депориты, согласно разработанной методологии, формировались по определенным стандартам, что позволяет выявить направления торгово-экономических связей, денежного потока, функционирование платежной системы, наконец. Поэтому, выявление данных по метрологии всех депозитов той или иной местности позволит провести методом технического анализа интесиновсть связей как в хронологической последовательности, так и в пространственном соотношении. Но, для этого нужен материал.

          Нет оснований полагать, что мощнейшая эмиссия  Мавер, аш-шаша. Прежде всего в 290-х гг.х. была направлена на сознательное обрушение рынка Европы – количественные измерения уже достаточно очевидны в этом направлении. А вот каково было экономическое воздействие на население и политику славянских, скандинавских земель –вопрос длительного изучения.

     Кроме вопроса взаимодействия экономки и политики. В том числе в геолптическом значении решительный интерес состоит в научно-теоретическом объяснении таких экономических категорий как дифференциальная рента и эффекта Long distance trade.

          Очевидно, что больше предложение, чем дешевле цена единицы такого предложения и данный товар может быть потреблен наибольшим число потребителей — так он становится относительно дешевле[21]. Но дешевле не настолько, чтобы обесценить выпуск оного. Но, бывает, что на долгом пути его распространения происходит задержка. Сокрытие, утайка, как это произошло – пример Муромского клада с 11 тыс.монет 100 фунтов, тогда как клады, которые посмотрели на Готланде этого же 10 в. – есть доходы семей –рента от родственников, живущих в русских землях скандинавов, позже отнесенных историками к т.н.называемой Северо-восточной Руси монгольского времени. И при этом монеты того же времени выпуска циркулировали в Финляндии, Дании. Норвегии, Англии, становясь атрибутом местной денежной культуры.

          Клады, показанные в данной работе 10а.демонстриру.ют иной характер отношений поднепровского населения и населения с Вислы, чем это было в 9 в.. а тажк еопкзаывают, что путь угров в Придунаье был усыпа саманиджским серебром в основном самаркандкой ,эмиссии, с двух сторон оюходивашего каспаскийкого море.

Кроие того,  . после самого большого позода викнгов, руссов и булгар на Каспий 9010-913 гг. данически отношений нне гнаступило –пехоиты монет демонстрируют отток средств из них.э в то время как в Муромском кладе наблюдает значительный возрастающий приток таковых, что по новому  позволяет посмотреть на вояж посольства  ал-Муктадира, возглавляемого Сусканом ар-Раси, на ср.волгу. секретарем которого был Ибн-Фадлан.

          Причины появления восточной монет в Европе начиная с середины 8 в. связываются с эмиссией монетных дворов, т.н. импульсом чеканки, что отражает нумизматический подход, когда  «печатный станов» запускался в связи со спросом на монету — деньги и/или серебро, как это случилось в конце 9 в. Наконец, походы викингов с целью получения средств для своих проплат-транзакций, а также торгово-экономические связи,  т.е. существовала коммерческая мотивация поступления монет в Европу, когда монетарный источник происходит непосредственно из казны халифа или торгового капитала аффинированных с казной структур.

        Первый серебряный кризис, открытый Нунаном, что с точки зрения теории распространения арабской монеты в Европе, коснулся не всех потребителей восточного  серебра, это с одной стороны, с другой – в попытке оспорить позицию англо-америкаснкой историографии вопроса, Янини нашел клад с датой TPQ 893 г., — необходимо найти депозит именно на территории если не России, то хотя бы на территории бывшего СССР – это управленческий стиль постсоветской науки. Одновременно, организаторам наверняка был известен Дргичинский клад, за р.Зап. Буг с той же TPQ –датой – 893 г. Но, если, польский клад –это на самом деле не пограничный , а заграничный для восточных славян депозит, т.е. аналогичный готландского Folhagеn(Smidgгrde) 1866 г., свидетельствующий об определенных политико-экономических отношениях между Западом и востоком, т.е., не торговых.[22] Но заметим, Новолазаревский депозит, приведенный Янинам, — есть отражение дифференциальной ренты, когда по топографии отдаляющиеся от Крыма клады имеют более раннюю дату.

          На сажом деле, клады саманидских монет более всего выпали не на территории восточных славян, а в Зап.Европе в соотношении 33/42, объективности ради приведённое Яниным (Я.2009, с.136). В тоже время, картографирование памятников – а это историческая испостись – даже с учётом на «творческое» предпочтение не может претендовать на источниковый потенциал, что объясняется только тем, что историческая наука в силу дисциплинарных ограничений да и существующая парадигма не позволяют объяснить такое противоречие, но лишь очерчивает ареалы распространения.  (Рис.).

Рис. Распространение кладов восточных монет с 900-970 гг. (по В.Л.Янину).

      Конечный потребитель диктовал рынку серебра саманидского времени свои кондиции и это наиболее яркий образец Long distance trade (LDT), обнаруженное британской, экономической историей и уже вотребованной last Medevial (Ske, p.340-350), когда от Афганистана до Ирландии  монетное серебро было важно и как, средство обращения, платежа, образования сокровищ, но и как сырьё для собственной суверенной эмиссии.     

    Наконец, не касаясь особо с легендой о призвании варягов, следует показать, что массовый ввоз серебра в 860-х и 890-910-х гг. совпадают с походами викингов и руссов, в том числе и на Константинополь. Поход по Днепру 862. мы описывали вывшее, а походы 907 и 911 гг.также были обеспечены серебром с избытками. Но именно после этих событий Восток прекращал поставки оного в Европу.

          Вот к чем привело изучение двух тверских провинциальных кладов 9 и 10 вв.

 

Список литературы.

Аскаров А.А. Рузанов В.Д. Некоторые данные о металлических сплавах поселения Сапаллитепа \\ ОНУз. 1977, № 6. С.55-60.

Буайе Р. Викинги. История и цивилизация. Пер.с фр.М.Ю.Некрасова. Спб: Евразия, 2012. 460 с.

Большаков О.Г., Монгайт А.Л. Путешествие Абу Хамида ал-Гарнати в Восточную и Центральную Европу (1131-1153 гг.) \\ Татищев В.Н. История Российская (1055-1378 гг.).       Рязань:          Александрия,     2015. С.612-725.

Буряков Ю.Ф. Горное дело и металлургия средневеково Илака. М.: Наука, 1974. 140 с.

Велиханова Н. М. Ибн Хордадбех в издании де Гуе: конъектуры \\ Восточное историче. источниковедение и специальные исторические дисциплины. Вып. 3: Е.А. Давидович посвящается. М.,1995. С. 53-63.

Гомзин А.А. Материалы к истории обнаружения и реконструкции состава клада куфических монет, найденного близ озера Казарское в 1928 г. // Материалы и исследования по рязанскому краеведению. Т.4. Рязань,2003. С.169-176.

Гомзин А.А. ШагуринаГ.Б. 2002. Дубровичский клад: К истории обнаружения и реконструкция состава // Десятая ВНК. Псков 15-20 апреля 2002 г. Тез.докл. и сообщений. М. С.58-60.

Гомхин А.А., П.Г. Гайдуков. Материалы к топографии находок куфических монет в Западном Приильменье \\ Мир Средневековья. Познавая прошлое: к 70-летию отдела средневековой археологии: [сборник статей]. М., 2021. С.17. № 15.

Гайдуков П. Г., Фомин А. В. Монетные находки Изборска // КСИА, Вып.185. 1986, с.110. Прилож.№ 3.

Давидович Е.А. Название: Денежное обращение в Мавераннахре при Саманидах \\ Нумизматика и эпиграфика. 1966. [Т.] 6. C. 103-134.

Зоиров Д.М. Таджики: от государства Саманидов до суверенной государственности: историко-правовой анализ.   СПб: Реноме, 2014. 286 с.

Калинин В.А., Кулешов В.С  Бодюжский клад куфических дирхемов начала Х в. 8 //Тр.Камской археолого-этноглогической этнографической экспедиции Пермского государственного гуманитарного университета, 2018. Вып. 14. с.127-130.

Ковалев Р.К. 2002. Клад дирхемов 913/914 гг. из деревни Пальцево Тверской губернии // Клады: состав, хронология, интерпретация. Материалы тематической научн.конференции. СПб. С. 160–164.

Колесников А.И. Обзор новых материалов для изучения сасанидской администраци \\ Письменные памятники Востока, N. 2 (5) /2006: N. 2 (5). С. 223 — 231.

Кругман П., Велс Р., Олни М. Основы экономикс. М.: Питер, 2011. 789 с.

Лебедев Г.С. Эпоха викингов в Северной    Европе и на Руси. Спб: Евразия, 2005, 641 с.

Ибн-Хордадбек. О русских купцах [Текст] // Хрестоматия по истории СССР. Том I. C древнейших времен до конца XVII века / под ред. В. И. Лебедева, М. Н. Тихомирова, В. Е. Сыроечковского. — М.: Высш.шк.,, 1951. \http://cito-web.yspu.org/link1/metod/met135/node7.html\.

Кочнев Б. Д. К идентификации некоторых раннекараханидских титулов и лакабов. Сб.статей \ АН ТССР Южно-Туркменистанская археолг.комплексная экспедиция \ Ответ.ред.О.В. Обельчеенко \\ История и археология Средней Азии. Ашхабад: Ылым,1978. С. 220-225.

Макаров Н.А., Гайдуков П.Г., Гомзин А.А. Серебро на селищах: монеты и торговый инвентарь IX — XI вв. в Суздальском Ополье // Российская археология, N. 4 /Октябрь-Декабрь 2016: N. 4 /Октябрь-Декабрь 2016. С. 65 сл. Арабски м.здесь найдено боше ЗЕ в три раза, при преобладании монет 10 в.в сравнении с Новгородом. Поэтому актуальность изучения

Макаров Н.А. Русь в 9-14 веках. Взаимодействие Севера и Юга. М.: Наука,.2005. 326 с.Сб, посвящен Б.А. Рыбакову.

Марков А.К. Топография восточных монет (сасанидских и куфиче-ских). СПб, 1910. – 144 с.

Массон В.М. Международный коллоквиум по культурному наследию государства Саманидов (Душанбе, 14 — 19 июня 1998 г.). \\ Археологические вести (СПб). 1999. № 6. С. 456 — 458.

Массон М.Е. К вопросу о «черных дирхемах  мусейяби // Тр.Инта истории и археологии АН Уз.ССР. Вып.17, Ташкент, 1955. с.175-196.

Массон М.Е. Кладик саманидских дирхемов из пригорода старого Мерва // ЭВ. 1966, Вып.17. С.101-110.

Моисеенко Н.С., Сотникова М.П. О пробе серебряников из музейных собраний //  II МНК «Эпоха викингов в Восточной Европе в памятниках нумизматики VIII-IX вв.».  СПб, 2015. С.225-226.

Носов Е.Н. Нумизматические данные о северной части балтийско-волжского пути конца VIII-Х вв. // ВИД. Т.8. М., 1976. – С. 109–113.

Носов Е.Н. Речные системы в истории восточной Европы \\ Великий Новгород в истории средневековой Европы: К 70-летию В.Л. Янина: [Сб. ст.]: Москва: МГУ:  Изд-во         Русские словари,    1999.

Пахомов Е.А. Монеты Азербайджана. Вып.2.Баку: АН АзербССР, 1963.

Пахомов Е.А. Монетные клады Азербайджана и Закавказья. Т.1. Баку: Об-во обслед.и изучения Азербайджана. Вып.3. 1926.

Пахомов Е.А. Монетные клады Азербайджана и других республик, краев, областей Кавказа. Вып.8. Баку, 1959.

Рогожин Н.М.,    Сахаров А.Н. 2003. Рюрик, варяги и судьбы российской государственности \\          Ладога и истоки Российской государственности и культуры: Международная научно- практическая конференция, Старая Ладога (Ленинградская обл.), 30 июня — 2 июля 2003 г.: [Доклады]. СПб: ИПК «Вести», с.188-203.

Рябцевич В.Н. Два монетно-вещевых клада из Витебской области // НЭ. 1965. Т.5, с.

Сагайдак М.А. Великий город Ярослава. Киев: Наук.думка, 1982.

Садовничий В.А. Избранные выступления: материалы к Международному съезду учителей словесности. М.: МГУ,          2021. 98, [2] с.

Сенчагов В.К.

Современное искусство и художественный музей: комментарии \ Редкол. Пиотровский М.Б. СПб: СПбГУ. 2008. 187 с.

Триумф музея?: [сборник] || Triumphus musei \ редкол.: М.Б. Пиотровский, А.А. Никонова. СПб: С.-Петерб. гос. ун-т, Гос. Эрмитаж, 2007. 460 с.

Сун Чуянджи. Отношения между Китаем и Центральной Азией в период династии Саманидов \\ Вклад эпохи Саманидов в культурное наследие Центральной Азии: Материалы международного семинара, 14-19 июня 1998 г. Душанбе:1999. С. 99 — 104.

Френкель Я.В.  Борьба за курган № 7 скандинавского могльника Плакун (о датировке кургана и синхронизации его с налпастованиями Земляного городища Старой Ладоги) \\ Славяно-русское ювелирное дело и его истоки: материалы Международной научной конференции, посвященной 100-летию со дня рождения Г.Ф. Корзухиной, Санкт-Петербург, 10- 16 апреля 2006 г. \Ред.- сост. Пескова А.Ю.Последующие сведения об ответственности: РАН. Ин-т истории матер. культуры,[ред.-сост.: А.А. Пескова и др.]. СПБ: Нестор-Истори. С.547-574.

Хан Н.А. Очерки распространения куфических монет на территории восточной Европы в viii–xi вв. М.: Изд-во «Компания Спутник+», 2004. 161 с.

Хан Н.А. О поступлении куфического дирхема в Центральную Европу в конце IX –  начале X в. // Stratum plus. 2005-2009. № 6. 2009. C.299-309.

Campbell Bruce M. S. Arable Productivity in Medieval England \\

The Journal of Economic History. Vol. 43.1983. Pp. 379-404.

The Cambridge history of Russia. Vol.1. // HTTPs: www. Cambridge.org/core/services/aop- Cambridge/content/wiew/2008/On-line/origins_of_rus/pdf.

Czapkiewicz M., Kmetowicz Fr. Skarb monet arabskich Z okolic Drohiczyna nad Bugem. Krakow: Panstwove  Wydawnictwo naukowe, 1960. 172 s.

Dawn M. Hadley, FSA, and Julian D. Richards. The Winter Camp Of The Viking Great Army, Ad 872–3, Torksey, Lincolnshire \\ The Antiquaries Journal, 96, 2016, pp 23–67.doi:10.1017⁄s0003581516000718.

Ehrenkreutz Andrew S. Aspects of Medieval  New Eastern Economis history // Pp.37-50.

Fraye R.N. The Samasnids // The Cambridge history of Iran. Vol.4. The period from Arab invasion to Seljuk. Pp.136-162. On-lone.

Kershaw Jane. An early medieval dual-currency economy: bullion and coin in the Danelaw \\ Antiquity. Published online by Cambridge University Press:  20 January 2017. DOI:https://doi.org/10.15184/aqy.2016.249. https://www.cambridge.org/core/journals/antiquity/article/an-early-medieval-dualcurrency-economy-bullion-and-coin-in-thedanelaw/BDF1EF25BDF025EEE237C06AC97CA1A3 .

Khan Ahmad. Heresy and the Formation of Medieval Islamic Orthodoxy. The making of Sunism from Eight to the Eleventh Century. Cairo. 2023. On-line.

Lewicki T. Le Commerce Des  Samanides Avec  L’europe Orientale Et Centra A  La  Lumiere  Des  Tresors De  Monna Coufiques // Near Eastern Numismatics, Iconography, epigraphy and history. Studies of Honor of George C.Miles. Ed. D.Kouymjan: Am.Un. in Beirut, 1974. р.219-233.

Lowick N.M. The Sinaw Hoard of Early Islamic silver coins // J.of Oman Studies. 1983. Vol.6. Part 2. P.119-230.

Lowick N.M. An Early tenth century hoard from Isfahan  (1975) // Islamic Coins and Trade in the Medieval World / odited J.Cribb. Variorum, 1990. Pp.110-154.

Muhle E. (Hg.), Monarchische und adlige Sakralstiftungen im mittelalterlichen Polen. Berlin:        Akademie-Verlag,         2012 \ StiftungsGeschichten. Bd. 9. 556 с.

Petersson K.-G., Linder Welin U.S. The Slubbemala Hoard // Meddelanden Fran Lunds Universitets Historiska museum. 1962-1963 / Ed.by Holger Abbman. Lund CWK Gleerup. Pp.286-323.

Skre, D. (ed.). 2007. Means of exchange: dealing with silver in the Viking Age. Aarhus: Aarhus University Press and the Kaupang Excavation Project. Arhus,

Tulvio T. 2002. Coins and coin finds in Finland AD 800-1200. Helsinki: ISKOS, 2002.

Vreis J.de. Long Distance Trade // OEEH. Vol.3. 2003. Oxford: Oxford University press, 2003. Pp.358-365.

Welin Ulla S. Linder-. Sayf ad-Dawlah’s reign in Syria and Diyarbekr in the light of the numismatic evidence \\ Handlingar. Antikvariska serien. Deel 9. Stockholm: Almqvist och Wiksell, 1961. Pp.17-104.

Welin Ulla S. Linder- Coins from Khwarazm and the Swedish  Viking Age Hoards // Meddelanden Fran Lunds Universitets Historiska museum. 1961. Lund CWK Gleerup. Pp.155-179.


[1] Находки практически того же времени – 2-й четверти 2-го тыс.до н.э. из Южного Узбекистана почти на границе с Афганистаном также содержат в себе  сурьму, причём далеко не в качестве естественной примеси-фона. 4 медных изделия из 194 изученных спектральным методом показали содержание Sb от 0,3 до 3,0%, что «потребовало особого внимания» (Аскаров,рузанов ,с.57).

[2] В этой связи, безусловно, эвристический заряд несет в себе обломок восточно-туркестанской (уйгурской) монеты первой половины 10 в., присутствующий в кладе Slubbmela 1960 г. из провинции Smaland (Швеция) (Petersen, Welin, p.321. № 154). См.предыдушую сноску. (Сун Чуянджи).

[3] (#8)  Wekght 607,24 g. Распределено 231 д.//CNS I Gotland Akeback-Atigbo. P.55-64.

[4] (#15). //CNS.1 Gotland. 3. Dalhem-Etelbem,  p.110-113. Вес монет составляет 948,4 г., что соответствует ближневосточному фунту в количестве трех, используемому в Александрии египетской, Крите, Генуе , а в 14 в.итальянцами в Крыму, Константинополе. См.: Hinz, 1955, s. 3- ; Shilbahc, 1970, s.

[5] Именно борьба за восточную монету – новгородское притяжение — объясняет отсутствие кладов начала 10 в. в Волго-окском междуречье, о чем сетовали в свое время археологи И.В. Дубов и А.м. Леонтьев.

[6] Не следует полагать, что серебряные рудники близ совр.Ташкента в рассматриваемое в статье время разрабатывались «до последней капли крови». Отнюдь. Согласно Ю.Ф. Бурякову недоработанные штольни засыпались, входы в шахты маскировались  и т.л. Да и монетная эмиссия поздних Караханидов свидетельствует о том, что сырье, причем, местное для чеканки монет было собственное, а не привозное(Кочн78). В целом же МД «Маадин аш-Шаш» выпускал монету с 890 по 934 гг.Р.Х. (Б, с.22, 110-111). Кроме того, по данным того же Бурякова интенсивно разрабатывались также месторождения полиметаллических руд – известны лишь сведения о добытых 24 тыс.т.породы с известным содержанием серебра в том числе.(Бу , с. 58).

[7] Монеты независимого Хорезма , специально обобщенные U.S. Linerf-Welin имеет то же значение для характеристики скорости монетного потока, его направления ( Welin, 1961, p.169-175, fig.4-6), а кроме того, имеет музейно артрактивное представление, что немаловажно и для коллекционеров. (Триумф).

[8] Самаркандский депозит золотых динаров наиболее восточный, тогда как самый западный известен по А.К. Маркову ()1910, с.108. № 1), найден при строительстве моста резе р.Рено-притока По в 1857 г.

 Клад с датой  TPQ 198/813, состоит из 12 монет. Другая «история» у норвежского монетно-вещевого  клада золота Hoen.

[9] Депозит, если следовать по методике выявления ВНК (бауер, 2013) соответствует ВН рижской марке равной 208,5 г.

[10] Депозит, если следовать по методике выявления ВНК (Бауэр, 2013) соответствует ВН рижской марке равной 208,5 г.

[11] В диапазоне 282-291 гг.готланджский клад Ютоджа /Utoje (Utoja)/ коэффициент Шаш/Самарканд близкий к киевскому депозиту 1913 г.60/17 или 3,53. Utoje (Utoja) 1851 // CNS. by 382 coins. TPQ 331/942. Pp.57-65. Вес монет равен 1211,4 г, а это 17,75 гривен по 68,22 г.или 6 200 граммовых датско-готланджских марок (Pederson, 2011). Совпадение разнородных показателей вселяет синергетический энтузиазм, который следуют отложить до набора команды исследователей.

[12] Kershaw J.2017, tabl.1. Ранних Аббасидских выпусков на востоке Англии оказалось больше, нежели молодых Саманидских в соотношении 26/22.

[13] Одним аргументом в пользу данного предположения следует показать как депозит из Дании – Зеландии Terslev  в публикации  Skovmand, имеет значительную часть, превышающую по значению данные синхронных кладов, состоящую из монет до 895 г., которые принимали участие в денежном и товарном обороте и до сокрытия депозита, т.е. до 949 г.по TPQ.(2017,p.39, tabl.3.5), Не без чувства удовлетворения отметим, что составление типологии кладов, как памятников на основе графического распределения денежных знаков в них имеет значение, поскольку приведенный депозит Терслев о бережном отношении в деньгам в течении 50-ти летнего периода, которые обслуживали денежное обращение в данной местности.

[14] Нумизматам еще придется побороться в поисках исторической истины, -многие подражания, найденные в Поволжье могут быть атрибутированы как продукция монетных дворов волжских булгар (МЕ, 1966, с.108-110), что представляет интерес для современной науки, ввиду значительного числа находок подобных монет в Зап.Европе. И что важно дополнить: хорезмийские монеты, обнаруженные в кладах, например, материковой Швеции, также, как и булгарские могут послужить индикатором монетного потока, что, судя по публикации U.S.Linder-Welin (W1961, p.169-175; fig.4-6) вполне музейно артрактивны. В этой связи, появление работ в стиле Е.А.Пахомова, работавшего без грантов, можно только приветствовать.

[15] Последний используется Н.Ловиком / N.Lowick/  в качестве аналогии при изучении Синавского клада из Омана. См.(p.209, tabl.3).

[16] Наиболее ранняя Сасанидская монета, что интересно для нумизматов, но для экономических историков – вряд ли кто будет утверждать, что Саманиды сразу же подрядились выполнять волю официального Багдада – насытить Европу серебром и сейчас историки вряд ли будут писать типа: «победная поступь самандиского дирхема» от которого  востоковеды лишь морщились и т.д.

[17][17] См.: CNS.1 Gotland. Bal-Butle, p.65-73. При дате сокрытия после 991 г. клад и Вес сер.монет клада 1527,04 г.при общем более 4х кг.ВНК депозита соответствует как 8 прусским маркам по 190 г., так 7 шведским таковым же по 218 г.

[18] В традициях североевропейской археологии распространения восточной монеты, привлекать в исследованиях статистику кладов, что не «впечатляет» советских и постсоветских учёных.  Однако, данная статистка показывает два пика  числа кладов с монетами девятого в.: 810 и 860х гг. Последних – больше. (Skre, p.199-212).

[19] Найденные в Данилоу фрагменты гривен т.н. пермского типа (ГПТ) самые западные артефакты финно-пермского мира, являются материальным свидетельством того, что они входили в состав даней  варягам, весовые нормы которых могут не отличаться от ближневосточных.

[20] Количество денег привело и к географическому расширению территории их распространения, они проникли туда, где отсутствовала культурная традиция их потребления восточной монеты – Чехи, Словакию, где их использовали в качестве рубленного серебра-лома. (Хан, 2005). Траджиции денежной культуры – безусловно отдельный разговор, как, например, в Ниджераладах, Шлезинг-Гольштейне в рассматриваемое время дирхемы в обращении отсутствовали, э тогда слитки из восточного серебра находились в обращении. ()0Skre\ s107).

[21] Chevet J.-M. Reantal income // OEEH, v.4, p.52-54.

[22] Политические реалии дленного времени см.: Muhle, 2012,

Comments

So empty here ... leave a comment!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.